«КАК МНЕ К ЭТОМУ ОТНОСИТЬСЯ?». Где заканчиваюсь я и начинается другой. Личностные границы // КОНСПЕКТ видеолекции Ольги Демчук. ИВМЛ
Сегодня мы будем исследовать, где заканчиваемся мы и где начинается другой человек, где моя зона ответственности и где зона ответственности другого человека.
Мы разберем это на примере случая, который рассказала клиентка (она дала разрешение обсудить его в эфире).
Клиентка работает врачом в отделении, где находятся старики. Кто-то из них с альцгемером, кто-то с деменцией, кто-то с психическими расстройствами. И за ними там осуществляется уход. И когда эта врач уходит с работы, то рядом с дверью стоит одна и та же бабушка, и говорит «…я хочу домой. Я хочу домой. Я хочу домой…».
Клиентка спросила, как реагировать на эти слова. Она говорит, что у нее возникает то мысль о том, что она монстр, то злость на эту бабушку. И клиентка спрашивала, что происходит.
Итак, на этом примере мы попробуем понять, что тут происходит и почему иногда общение бывает так эмоционально заряжено.
Попробуем разобрать последовательность происходящих тут процессов.
На первом этапе у нас есть бабушка и есть врач. Они еще не вступили во взаимодействие, и они еще не видят друг друга.
На втором этапе бабушка говорит «я хочу домой», и эта бабушка из внешнего объекта становится внутренним объектом психики врача.
Почему я так утверждаю?
Потому что в этот момент происходит эмоциональная реакция на слова - эти слова врач не слышит как слова, которые произносит внешний объект, а она слышит эти слова как обращенные непосредственно к ней.
Есть эта бабушка, которая стоит рядом с дверями и произносит одну и ту же фразу, когда с ней рядом оказывается кто угодно. И эта бабушка не адресует слова это конкретному человеку, этому врачу, а она адресует тому, у кого есть власть на открытие этой двери.
Если не воспринимать как ее отдельный объект, который генерирует эти слова и обращает их ко всем, то ее слова воспринимаются как приказ к действию, - то есть врач может думать «мне с этим надо что-то делать».
У этой бабушки альцгеймер, и она находится в этом отделении не просто так, и если ее выпустить, то она причинит себе вред. То есть она находится там во благо себе. Но эта бабушка того не понимает.
Но психика врача может прореагировать на ее слова как на принуждение к действию. То есть если я эту бабушку «затаскиваю внутрь своей психики» и воспринимаю ее слова как обращенные непосредственно ко мне, имеющие непосредственное отношение ко мне, как то, с чем я что-то должна сделать (дать отклик, прореагировать, решить ее проблему(, то в этот момент начинаются интересные игры – бабушка перестает быть отдельным внешним объектом (пожилым человеком с альцгеймером), и начинает жить у меня в голове.
Я думаю, вы знаете, что это такое, когда другой человек начинает жить в вашей голове - у вас начинаются внутренние диалоги, вы ему что-то доказываете, рассказываете и т.д. И от этой двери врач вполне может уйти с таким состоянием – она будет бесконечно оправдываться перед бабушкой за то, что она ее не выпустила, или она будет на нее злиться, чтобы не чувствовать перед ней вину за то, что не выпустила.
То есть слова другого человека мы воспринимаем как попытку нас подчинить.
Слова другого человека, который высказывает нам свое недовольство, свою злость, свое желание мы не можем воспринимать отдельно от себя – это адресовано непосредственно к нам. И если это произойдет, то мы этот объект вплетаем в свою личность, и он начинает жить у нас внутри. Мы не может здесь рационально мыслить, - как будто все рациональное мышление смывается нашим эмоционированием. Как только появляется эмоционирование на какой-то внешний объект, это говорит о том, что этот другой человек уже у нас внутри.
Например, мне на моем канале кто-то пишет оскорбительный комментарий.
Если я воспринимаю этот оскорбительный комментарий как имеющий отношение непосредственно ко мне (т.е. человек его написал мне) и это вызовет у меня бурю эмоций, это вызовет у меня желание с этим комментатором что-то делать, как-то прореагировать.
Но если я понимаю, что этот комментатор меня не знает, со мной не знаком, и он пишет о чем-то своем (как эта бабушка, которая говорит о чем-то своем, о своем желании и это не приказ к действию для врача), и его оскорбительный комментарий на моем канале – это не приказ мне делать по-другому, это не приказ мне меняться. Человек пишет о своем каком-то мнении.
И с этой точки зрения мы не будем реагировать на критику, на что-то обращенное к нам, потому что мы не воспринимаем это как продукт внутреннего мира другого человека.
Фактически, когда мы испытываем жгучее чувство вины, или мы испытываем злость на эту бабушку (чтобы не испытывать чувство вины), это говорит о том, что внешний объект уже исчез и мы имеем дело с внутренним объектом.
Для примера подтяните свой случай, где, например, кто-то говорит вам, что вам надо делать не так, а по-другому. И мы сейчас не разбираем, насколько объективны эти рекомендации. Мы разбираем свою бурную эмоциональную реакцию на такие слова другого человека.
Итак, если пошла бурная эмоциональная реакция, то это реакция или подчиниться, или желание покритиковать себя за то, в чем критикует тебя другой, или желание ответить что-то злое, то это говорит о том, что мы уже не воспринимаем как продукт другого человека.
Мы это воспринимаем как нечто уже внутреннее.
В такие моменты надо ВЫСЕЛИТЬ бабушку из психики, или выселить комментатора, который пишет оскорбления, - сделать себя отдельным от того, кто нам что-то рекомендует, и не воспринимать это как то, на что мы должны реагировать.
Итак, когда я поняла, что я эмоционально вовлеклась в какое-то действие со стороны внешнего мира, это говорит о том, что мне пора «выселять бабушку» - мне надо этот объект убрать из внутреннего мира, мне надо снова сделать его отдельным.
На материале примера: «я на бабушку эмоционально реагирую, боже, какая я плохая, не могу выпустить бабушку // что эта бабушка глупая, злая, как она не понимает, что ей надо быть тут, что она ко мне пристала и т.д.» - эмоциональная реакция пошла, и это говорит о том, что вы воспринимаете ее действия как направленные на вас («это про меня она сказала, это ко мне она обращается, это мне она говорит, это она со мной общается»). И это «я, мне, со мной, про меня» будет запускать субъективную эмоционально заряженную реакцию.
Для того, чтобы справиться с этими эмоциями, бабушку из головы надо выселить, и для этого надо забыть про себя.
Да, вы не ослышались – на время забыть про себя для того, чтобы проанализировать ситуацию, забыть, что надо с этим делать, как вы прореагировали и так далее.
И направить пристальный взгляд на бабушку и задаться вопросом: «кто сейчас говорит эти слова?».
Видите, тут исчезает «я» и появляется только бабушка. Мне говорит это человек с альцгеймером, и она говорит это многим, то есть, это человек фактически не видит меня, и он говорит с собой, говорит о том, чего бы он хотел.
Когда я стираю себя, забываю про свое эмоциональное реагирование и внимательно смотрю на того, кто это говорит, я перехожу в режим надличностного восприятия.
То есть я не думаю, как мне прореагировать, как мне к этому относиться, как я должна чувствовать, что я должна сделать. А я начинаю объективно анализировать сложившуюся ситуацию.
Если мы имеем дело с более сложным моментом (когда кто-то другой говорит, что он на вас злится и говорит «я на тебя злюсь»), и если мы эти слова не воспринимаем как «человек сейчас сообщает о том, что он чем-то недоволен, человек сообщает о том, как бы он хотел», а если мы эти слова хапаем внутрь, если мы думаем, что он сейчас говорит «МНЕ, про МЕНЯ, и МНЕ надо с этим что-то делать, как-то относиться, как-то реагировать, а что Я не так сделала? А почему МНЕ это сказали? А что Я такое сделала? А он сам такой, он тоже делает и т.п.» - видите, тут в фокусе внимания Я, МЕНЯ, МНЕ. И это я-меня-мне мгновенно будет затаскивать то, что говорит человек, нам внутрь.
Точно так же мы поступаем и с претензией другого.
Итак, нам надо «выселить бабушку». Мы снова выселяем этот объект вовне:
он изначально был вовне,
потом мы затащили его внутрь,
и теперь нам надо его снова вернуть вовне.
Мы включаем надличностное восприятие: стерли себя, на время отказались от себя, забыли про «я, мне, меня», и думаем о том, что этот человек говорит о своей злости. Эта злость вызвана какими-то причинами.
Для того, чтобы понять, в чем эта злость, надо задать вопрос «почему ты нам меня злишься». Этот вопрос «почему» задавать полезно, он позволяет выходить из субъективности. Потому что ты меня сегодня утром не разбудила, потому ты сегодня утром громко говорила, потому что ты не купила то, что я хотел и т.п.
Видите, это касается действия. Но мы это воспринимаем как собственную плохость, если мы привыкли соотносить все с собой, и если мы не привыкли видеть и пытаться понять других людей.
многие комментаторы или критики сообщают о том, как бы им хотелось, как им было бы лучше.
Ок, хорошо, ему лучше так. Но сколько тут целесообразности?
И когда мы идем в надличностное восприятие и когда мы уже уходим от себя (я, мне, меня.. – да, конечно, нам бы хотелось, чтобы нас только хвалили и бабушки к нам не обращались, и мы катились как колобок, напевая песенку), тогда мы начинаем размышлять о целесообразности просьбы бабушки ее выпустить, вспоминаем целесообразность претензии, про которую нам говорят – насколько она объективна (ты говорила громко, я уже спал; я попросил купить, а ты не купила). И тогда мы уже обсуждаем конкретное действие, а не в целом свою плохость или хорошесть.
Потому что если не уходить в надличностное восприятие, то при взаимодействии с миром будет постоянное желание получить свою хорошесть и отменить свою плохость.
Итак, надличностное мышление.
Многие люди говорят «так что, я должна стать жестокой, холодной, неэмпатичной? Бабушка просит выпустить, и я не должна на нее реагировать? Так что, когда мне высказывают критику, я должна ее не слушать? Я должна быть холодна и высокомерна по отношению к людям?».
Нет. И я не говорила про это.
Не волнуйтесь, вы будете реагировать своим самолюбием, вы будете реагировать своей субъективностью.
У нас есть ядро, которое сформировалось на основании событий жизни и т.д. Из него мы реагируем одинаково: «вот так будет лучше для меня. Делайте так, чтобы мне было хорошо. Делайте так, чтобы я не чувствовала страха, дискомфорта и так далее».
Но, помимо того, можно выстроить еще и надличностное восприятие.
И мы говорим о том, что необходимо отдельно научиться понимать собственное эмоционирование:
«бабушка сказала, и я эмоционально реагирую чувством вины, потому что я сейчас воспринимаю ее слова как призыв к действию, как то, что я сейчас должна что-то сделать, и это моя субъективна реакция. Я уже знаю это и не залипаю здесь, и не считаю, что только это и есть информация о ситуации.
Что теперь происходит на самом деле? Бабушка, дверь, бабушка говорит. Ее выпускать нельзя, она на лечении и если выпустить, она потеряется. И это объективная реакция, надличностное восприятие».
И мы вокруг своей эмоциональности выстраиваем надличностное восприятие, объективное суждение.
Некоторые люди, у которых нет контакта с собой, и они не понимают, что у них происходит внутри (оно происходит, но они не понимают), и это есть тоже проблема.
И нам надо мыслить в двух системах координат: в своей эмоциональной и в объективной («а что на самом деле происходит?»).
**
Про это и был вебинар «ЗАПЕРТЫЕ ВНУТРИ. Субъективность: как оттуда выйти», как уменьшить эмоционирование по поводу поведения других.
***
ВОПРОС ДЛЯ САМОАНАЛИЗА. Напишите, есть ли вас уже навык, возможность, помимо эмоциональной вовлеченности в событие, понимать, что сейчас на самом деле происходит. Если у вас уже этот навык есть, то попробуйте взять какие-то примеры из своей жизни, и написать, что вы вовлеклись, а потом надличностно посмотрела на это и по-другому взглянула на ситуацию.
***
ССЫЛКА НА ВИДЕО: https://www.youtube.com/watch?v=CSeQSM7azHU
Автор лекции: Ольга Демчук
Конспект записан: Ірина Кузнецова
Сегодня мы будем исследовать, где заканчиваемся мы и где начинается другой человек, где моя зона ответственности и где зона ответственности другого человека.
Мы разберем это на примере случая, который рассказала клиентка (она дала разрешение обсудить его в эфире).
Клиентка работает врачом в отделении, где находятся старики. Кто-то из них с альцгемером, кто-то с деменцией, кто-то с психическими расстройствами. И за ними там осуществляется уход. И когда эта врач уходит с работы, то рядом с дверью стоит одна и та же бабушка, и говорит «…я хочу домой. Я хочу домой. Я хочу домой…».
Клиентка спросила, как реагировать на эти слова. Она говорит, что у нее возникает то мысль о том, что она монстр, то злость на эту бабушку. И клиентка спрашивала, что происходит.
Итак, на этом примере мы попробуем понять, что тут происходит и почему иногда общение бывает так эмоционально заряжено.
Попробуем разобрать последовательность происходящих тут процессов.
На первом этапе у нас есть бабушка и есть врач. Они еще не вступили во взаимодействие, и они еще не видят друг друга.
На втором этапе бабушка говорит «я хочу домой», и эта бабушка из внешнего объекта становится внутренним объектом психики врача.
Почему я так утверждаю?
Потому что в этот момент происходит эмоциональная реакция на слова - эти слова врач не слышит как слова, которые произносит внешний объект, а она слышит эти слова как обращенные непосредственно к ней.
Есть эта бабушка, которая стоит рядом с дверями и произносит одну и ту же фразу, когда с ней рядом оказывается кто угодно. И эта бабушка не адресует слова это конкретному человеку, этому врачу, а она адресует тому, у кого есть власть на открытие этой двери.
Если не воспринимать как ее отдельный объект, который генерирует эти слова и обращает их ко всем, то ее слова воспринимаются как приказ к действию, - то есть врач может думать «мне с этим надо что-то делать».
У этой бабушки альцгеймер, и она находится в этом отделении не просто так, и если ее выпустить, то она причинит себе вред. То есть она находится там во благо себе. Но эта бабушка того не понимает.
Но психика врача может прореагировать на ее слова как на принуждение к действию. То есть если я эту бабушку «затаскиваю внутрь своей психики» и воспринимаю ее слова как обращенные непосредственно ко мне, имеющие непосредственное отношение ко мне, как то, с чем я что-то должна сделать (дать отклик, прореагировать, решить ее проблему(, то в этот момент начинаются интересные игры – бабушка перестает быть отдельным внешним объектом (пожилым человеком с альцгеймером), и начинает жить у меня в голове.
Я думаю, вы знаете, что это такое, когда другой человек начинает жить в вашей голове - у вас начинаются внутренние диалоги, вы ему что-то доказываете, рассказываете и т.д. И от этой двери врач вполне может уйти с таким состоянием – она будет бесконечно оправдываться перед бабушкой за то, что она ее не выпустила, или она будет на нее злиться, чтобы не чувствовать перед ней вину за то, что не выпустила.
То есть слова другого человека мы воспринимаем как попытку нас подчинить.
Слова другого человека, который высказывает нам свое недовольство, свою злость, свое желание мы не можем воспринимать отдельно от себя – это адресовано непосредственно к нам. И если это произойдет, то мы этот объект вплетаем в свою личность, и он начинает жить у нас внутри. Мы не может здесь рационально мыслить, - как будто все рациональное мышление смывается нашим эмоционированием. Как только появляется эмоционирование на какой-то внешний объект, это говорит о том, что этот другой человек уже у нас внутри.
Например, мне на моем канале кто-то пишет оскорбительный комментарий.
Если я воспринимаю этот оскорбительный комментарий как имеющий отношение непосредственно ко мне (т.е. человек его написал мне) и это вызовет у меня бурю эмоций, это вызовет у меня желание с этим комментатором что-то делать, как-то прореагировать.
Но если я понимаю, что этот комментатор меня не знает, со мной не знаком, и он пишет о чем-то своем (как эта бабушка, которая говорит о чем-то своем, о своем желании и это не приказ к действию для врача), и его оскорбительный комментарий на моем канале – это не приказ мне делать по-другому, это не приказ мне меняться. Человек пишет о своем каком-то мнении.
И с этой точки зрения мы не будем реагировать на критику, на что-то обращенное к нам, потому что мы не воспринимаем это как продукт внутреннего мира другого человека.
Фактически, когда мы испытываем жгучее чувство вины, или мы испытываем злость на эту бабушку (чтобы не испытывать чувство вины), это говорит о том, что внешний объект уже исчез и мы имеем дело с внутренним объектом.
Для примера подтяните свой случай, где, например, кто-то говорит вам, что вам надо делать не так, а по-другому. И мы сейчас не разбираем, насколько объективны эти рекомендации. Мы разбираем свою бурную эмоциональную реакцию на такие слова другого человека.
Итак, если пошла бурная эмоциональная реакция, то это реакция или подчиниться, или желание покритиковать себя за то, в чем критикует тебя другой, или желание ответить что-то злое, то это говорит о том, что мы уже не воспринимаем как продукт другого человека.
Мы это воспринимаем как нечто уже внутреннее.
В такие моменты надо ВЫСЕЛИТЬ бабушку из психики, или выселить комментатора, который пишет оскорбления, - сделать себя отдельным от того, кто нам что-то рекомендует, и не воспринимать это как то, на что мы должны реагировать.
Итак, когда я поняла, что я эмоционально вовлеклась в какое-то действие со стороны внешнего мира, это говорит о том, что мне пора «выселять бабушку» - мне надо этот объект убрать из внутреннего мира, мне надо снова сделать его отдельным.
На материале примера: «я на бабушку эмоционально реагирую, боже, какая я плохая, не могу выпустить бабушку // что эта бабушка глупая, злая, как она не понимает, что ей надо быть тут, что она ко мне пристала и т.д.» - эмоциональная реакция пошла, и это говорит о том, что вы воспринимаете ее действия как направленные на вас («это про меня она сказала, это ко мне она обращается, это мне она говорит, это она со мной общается»). И это «я, мне, со мной, про меня» будет запускать субъективную эмоционально заряженную реакцию.
Для того, чтобы справиться с этими эмоциями, бабушку из головы надо выселить, и для этого надо забыть про себя.
Да, вы не ослышались – на время забыть про себя для того, чтобы проанализировать ситуацию, забыть, что надо с этим делать, как вы прореагировали и так далее.
И направить пристальный взгляд на бабушку и задаться вопросом: «кто сейчас говорит эти слова?».
Видите, тут исчезает «я» и появляется только бабушка. Мне говорит это человек с альцгеймером, и она говорит это многим, то есть, это человек фактически не видит меня, и он говорит с собой, говорит о том, чего бы он хотел.
Когда я стираю себя, забываю про свое эмоциональное реагирование и внимательно смотрю на того, кто это говорит, я перехожу в режим надличностного восприятия.
То есть я не думаю, как мне прореагировать, как мне к этому относиться, как я должна чувствовать, что я должна сделать. А я начинаю объективно анализировать сложившуюся ситуацию.
Если мы имеем дело с более сложным моментом (когда кто-то другой говорит, что он на вас злится и говорит «я на тебя злюсь»), и если мы эти слова не воспринимаем как «человек сейчас сообщает о том, что он чем-то недоволен, человек сообщает о том, как бы он хотел», а если мы эти слова хапаем внутрь, если мы думаем, что он сейчас говорит «МНЕ, про МЕНЯ, и МНЕ надо с этим что-то делать, как-то относиться, как-то реагировать, а что Я не так сделала? А почему МНЕ это сказали? А что Я такое сделала? А он сам такой, он тоже делает и т.п.» - видите, тут в фокусе внимания Я, МЕНЯ, МНЕ. И это я-меня-мне мгновенно будет затаскивать то, что говорит человек, нам внутрь.
Точно так же мы поступаем и с претензией другого.
Итак, нам надо «выселить бабушку». Мы снова выселяем этот объект вовне:
он изначально был вовне,
потом мы затащили его внутрь,
и теперь нам надо его снова вернуть вовне.
Мы включаем надличностное восприятие: стерли себя, на время отказались от себя, забыли про «я, мне, меня», и думаем о том, что этот человек говорит о своей злости. Эта злость вызвана какими-то причинами.
Для того, чтобы понять, в чем эта злость, надо задать вопрос «почему ты нам меня злишься». Этот вопрос «почему» задавать полезно, он позволяет выходить из субъективности. Потому что ты меня сегодня утром не разбудила, потому ты сегодня утром громко говорила, потому что ты не купила то, что я хотел и т.п.
Видите, это касается действия. Но мы это воспринимаем как собственную плохость, если мы привыкли соотносить все с собой, и если мы не привыкли видеть и пытаться понять других людей.
многие комментаторы или критики сообщают о том, как бы им хотелось, как им было бы лучше.
Ок, хорошо, ему лучше так. Но сколько тут целесообразности?
И когда мы идем в надличностное восприятие и когда мы уже уходим от себя (я, мне, меня.. – да, конечно, нам бы хотелось, чтобы нас только хвалили и бабушки к нам не обращались, и мы катились как колобок, напевая песенку), тогда мы начинаем размышлять о целесообразности просьбы бабушки ее выпустить, вспоминаем целесообразность претензии, про которую нам говорят – насколько она объективна (ты говорила громко, я уже спал; я попросил купить, а ты не купила). И тогда мы уже обсуждаем конкретное действие, а не в целом свою плохость или хорошесть.
Потому что если не уходить в надличностное восприятие, то при взаимодействии с миром будет постоянное желание получить свою хорошесть и отменить свою плохость.
Итак, надличностное мышление.
Многие люди говорят «так что, я должна стать жестокой, холодной, неэмпатичной? Бабушка просит выпустить, и я не должна на нее реагировать? Так что, когда мне высказывают критику, я должна ее не слушать? Я должна быть холодна и высокомерна по отношению к людям?».
Нет. И я не говорила про это.
Не волнуйтесь, вы будете реагировать своим самолюбием, вы будете реагировать своей субъективностью.
У нас есть ядро, которое сформировалось на основании событий жизни и т.д. Из него мы реагируем одинаково: «вот так будет лучше для меня. Делайте так, чтобы мне было хорошо. Делайте так, чтобы я не чувствовала страха, дискомфорта и так далее».
Но, помимо того, можно выстроить еще и надличностное восприятие.
И мы говорим о том, что необходимо отдельно научиться понимать собственное эмоционирование:
«бабушка сказала, и я эмоционально реагирую чувством вины, потому что я сейчас воспринимаю ее слова как призыв к действию, как то, что я сейчас должна что-то сделать, и это моя субъективна реакция. Я уже знаю это и не залипаю здесь, и не считаю, что только это и есть информация о ситуации.
Что теперь происходит на самом деле? Бабушка, дверь, бабушка говорит. Ее выпускать нельзя, она на лечении и если выпустить, она потеряется. И это объективная реакция, надличностное восприятие».
И мы вокруг своей эмоциональности выстраиваем надличностное восприятие, объективное суждение.
Некоторые люди, у которых нет контакта с собой, и они не понимают, что у них происходит внутри (оно происходит, но они не понимают), и это есть тоже проблема.
И нам надо мыслить в двух системах координат: в своей эмоциональной и в объективной («а что на самом деле происходит?»).
**
Про это и был вебинар «ЗАПЕРТЫЕ ВНУТРИ. Субъективность: как оттуда выйти», как уменьшить эмоционирование по поводу поведения других.
***
ВОПРОС ДЛЯ САМОАНАЛИЗА. Напишите, есть ли вас уже навык, возможность, помимо эмоциональной вовлеченности в событие, понимать, что сейчас на самом деле происходит. Если у вас уже этот навык есть, то попробуйте взять какие-то примеры из своей жизни, и написать, что вы вовлеклись, а потом надличностно посмотрела на это и по-другому взглянула на ситуацию.
***
ССЫЛКА НА ВИДЕО: https://www.youtube.com/watch?v=CSeQSM7azHU
Автор лекции: Ольга Демчук
Конспект записан: Ірина Кузнецова