Будучи психоаналитиком, я помогала людям справиться с последствиями пережитых в детстве событий, которые порождали субъективный, надуманный, не обоснованный страх (тревожность, неврозы). Сейчас это переживаемое не субъективно, как раньше, оно реально.
Страх потерять близких. Реальный.
Страх потерять дом, когда негде жить. Реальный.
Страх потерять бизнес. Реальный.
Страх потерять жизнь. Реальный.
Мало того, что они реальные, у многих они уже частично или в полной мере воплотившиеся. Это как играть во дворе в войну с игрушечными пистолетами, а потом попасть в место, где уже не притворяются убитыми, и умереть можешь ты сам. Мир из страшных снов и фильмов, воплотился, пасть дракона изрыгнуло пламя прямо в лицо, а ты всё никак не можешь поверить что нюхаешь запах горящих волос и ощущаешь боль от ожога. «Может быть мне это всё еще сниться?».
Те, кто не попал в зону боевых действий продолжают смотреть на это по телевизору как на фильм. Я тоже не понимала, как это быть в Грозном во время бомбёжек, я даже представить это не могла.
Помимо воплощенного страха, мы встретились с неподъемными выборами. Жить в доме, но рисковать жизнью? Уехать из Украины, или остаться? Уйти воевать или помогать без оружия в руках?
В мирное время мы выбирали сорт колбасы или яблок, ну в крайнем случае, куда поехать в отпуск, или стоит ли поискать более высокооплачиваемую работу.
Сейчас совсем иная система координат. "Жизнь или кошелёк?", говорит внутренний гопник. И если выбрать жизнь, то какую? И что потом делать с чувством вины, если выберешь не умереть?
Психика не торопится привыкать к новой реальности. Она еще частично пребывает в кукольном домике, цепляясь за картонные муляжи. Современный мир инфантилизировался, убить курицу и ощипав её, сварить суп могут не многие. Сейчас нам приходится быстро взрослеть. Мы как дети, которых внезапно отдали в круглосуточный садик, и бабушка уже не будет читать нам сказки на ночь, а вместо тостов с джемом мы учимся радоваться холодной овсянке. Мысль: "Я это не хочу надевать, я вчера в этом уже ходил", - смешная и неуместная.
Сейчас всё зависит от того, насколько быстро мы сможем повзрослеть и перейти в другую систему координат. Детям взрослые кажутся жестокими, они не хотят прогибаться, они называют вещи своими именами, они четко очерчивают свои границы и умеют не только принимать решения, но и нести ответственность за них.
Старший "братик" Каин, любит избивать тех, кто слабее, он получает садистическое удовольствие от того, как младшие бояться его, уговаривают его успокоиться. Младшим даже запрещено называть его действия насилием и грабежом, им можно только замирать в ужасе и раболепии перед ним. Но, мы то знаем, где заканчивается его власть. Там, где можно получить п..ды.